Ознакомьтесь с нашей политикой обработки персональных данных
00:44 

АНТИМЕХАНИЗМ

Джонатан Кроу
"Дорога для жизни, жизнь для дороги"
Антимеханизм (Рассказы)
МЕХАНИЗМЫ:
-ЭТО МОЯ КОНСТРУКЦИЯ, - СКАЗАЛ ОН С ГОРДОСТЬЮ И ПОХЛОПАЛ МЕНЯ ПО ПЛЕЧУ - мОЕТ ПОЛ, СКЛАДЫВАЕТ И ВЫЧИТАЕТ ЧИСЛА, МОЖЕТ ГОТОВИТЬ ЕДУ И ИМИТИРОВАТЬ КУРЕНИЕ.
-ЗДРАВСТВУЙТЕ. - СКАЗАЛ Я ДВА РАЗА.

ХХХ
Машине нужен только ты
И не дари ты ей цветы

ХХХ
Робот поет с надрывом, со слезами в голосе,
и повторяя припев топает ножкой.

ХХХ
Я обиделся на младшего брата, он назвал меня утюгом.
А я ведь не утюг, он треугольный и от сети, а я квадратный и от батареек...

ХХХ
Человек продолжение машины.

ХХХ
-Это моя конструкция - сказал он с гордостью и похлопал меня по плечу .
- Моет пол, складывает и вычитает числа, может готовить еду и имитировать курение.
- Здравствуйте сказал я два раза.

ХХХ
Две теплые теплые тупые мыши азартно с садистским удовлетворением скопившимся в их сантиметровых мозгах за вечность голода и угнетения подворотни, наблюдали кончину забавной заводной электрической кошки в тускло мерцающей луже сернистого нитрогликоля.

ХХХ
Жужжит аккумулятор
Жужжит бензопила
Жужжит электробритва
Жужжит...


ХХХ
Пространство сужалось, превращаясь в точку, жирную масляную точку отстраняющегося бытия. Я не мог удержать ее, и она стекала по трещинам ладоней черной бензиновой массой. Безвольно струилась по дощатому полу избы среди осколков стекла и редко попадающихся жирных тараканов. Вяло выплескивалась за раскрытую дверь, и хищным огненным зверем убегала в даль, показывая неприличные жесты и эротично кривляясь.

ХХХ
Убить время!


Теория имиджей

И увидел Иаков души избирателей своих во плоти и ужаснулся.
И понял Иаков, что напрасен путь его. Долго стоял он на крыше БТРа, а электрические звезды над его головой плакали от умиления.


ХХХ
Стоя на насыпи она думала
- кто ты настоящая Я?

ХХХ
Каждый день мы боремся с машинами,
включая чайник чтоб вскипятить воду,
слушая музыку чтоб не сдохнуть от скуки.

ХХХ
Солнце увязло в синем ярко-ультрамариновом небе…
Время умерло… Воздух сгустился и плавился, лепя неясные силуэты в расползающихся нитях реальности.
Пляж был пуст. Теплый январский ветерок вяло мотал по песку одинокий куст перикатиполе.
Волны лениво шмякались и шипели бряцая новыми до скрипа, металлическими морскими раковинами возле длинных ног стоящей под белым пляжным зонтом шикарной блондинки в бледно-розовом купальнике.

«ВЕЧНОСТЬ-М» марки тагильского производства радиоэлектроники «СИРИУС», ловко перебирая средними перекладинами, мягко струилась по гранулированному нержавейкой песку. Розовая блондинка механически нагнулась, протягивая навстречу алебастровые пальцы. Цепко взяв «Вечность» в руки, она поскребла наманекюренным ногтем ржавую поверхность над сенсорами и «Сириус» довольно заскрипела, шевеля от удовольствия членистыми усиками.
Солнце медленно гасло, блондинка стояла неподвижно. В тишине раздавалось утробное урчание экскаваторов.


Моя очередная смерть

Моя очередная смерть… была легкой и безболезненной.
Я ждал, когда последняя песчинка из стеклянного горлышка с тихим шелестом шмякнется на тысячу других таких же золотистых шаров на дне сосуда времени.
……… Она рухнула, словно сложивший для атаки крылья Ястреб пикирующий на едва различимую в густой зеленой траве Полевку. В тысяче километров внизу был песок, сложенный аккуратно в столбики, отборный изученный и подсчитанный. Все восемь планет остались далеко позади. И едва различимый в оранжевом море след мальчика терялся в застывшей дымке.
… Бедуины…
…Тонкий запах пряности, шелк в трепыхающемся от жары воздухе, белые верблюды…
… И последний не подсчитанный, летевший по искаженной траектории шар с ржавым скрежетом ударился о песчаную мостовую, - разбился, раскололся, рассыпался на тысячу мелких солнц.
Вот так пришла смерть, она постучалась в окно, просочилась сквозь поры сизого стекла… и начался новый день.
– С днем рождения Патрик!
И пришла мудрость, указывая направления… Определились желания, появилась уверенность и оцененность.
Я открыл глаза и проснулся.
…Песок…
…Кочевники…


Работа.

Работать, работать и еще раз работать.

Межгалактический крейсер « Сигурд»

Асгард.

Дракон умер – жизнь длилась. Текла словно золотой водяной червь.

Мидгард.

Человек осторожно пробирался сквозь ночные мягкие скалы, дрожал от страха… или от холода.

Асгард.

Тень опустилась… пламенем молний сверкающих с небес сверзился дракон. Он лежал на мелкой холодной гальке – мертвый – и море трепало его черные крылья.
Человек закутавшись в плащ стоял в самой глубокой предрассветной темени, слившись с холодными скалами фьорда Арнарбрекки. Недвижим в угасающей ночи – он наблюдал, неотличимый от обломков скал. Ждал, и море отражалось в глазах его – пустынное уносящееся в серую дымку сквозь рваные потоки воды.

Мидгард.

Море было милосердно. Оно знало, что дракон умер. Оно осторожно облизало кровь, вымыло и вычистило гнутые пластины металлической брони, выковыряло хищными пальцами драгоценное золото из зубристых морщин кожи и выплюнуло, порезавшись об острые костистые крылья как затейливую игрушку на озябшее побережье.
… Море запомнило притаившегося среди скал человека.

Упсала. Норвегия.

Засвистела и раскололась единым вдохом тишина Норэгр – страны туманных фьордов и инеистых великанов; Раскололась тысячами осколков, глазами мертвого дракона, майским звездопадом осенних цикад.

Мидгард.

Человек протянул руку нежно касаясь зимнего холода драконьих век. Осиновая влага теплого пара зацепилась за пальцы мурашками джазового аккорда

Париж. Франция

А в застекленном матовом вечернем Париже не было места для Драконов.
Там была Марта.
…То была Марта.
Мягкая кожа распалась под ящерами замков. Тростники разметались белесыми косицами по плечам. Цикады примостились в карих глазах, а в волосах заплутали запахи дождя и мокрого вереска…
…Сладость Шалости.



(с) Джонатан Кроу.

@темы: "Стеллаж: Творчество, рассказы"

URL
   

Дом четырех башен

главная